Елена Веснина и Екатерина Макарова вернулись в Москву после своего триумфа на Уимблдоне и рассказали о прошедшем турнире и многом другом.

Елена Веснина и Екатерина Макарова вернулись в Москву после своего триумфа на Уимблдоне и рассказали о прошедшем турнире и многом другом.

Поздно вечером 15 июля Екатерина Макарова и Елена Веснина провели финал Уимблдона в женском парном разряди и выиграли титул. На следующий день россиянки отправились на знаменитый бал чемпионов. Елена даже провела прямую трансляцию с бала в своём «инстаграме». А 16 июля пришло время вернуться на родину, где россиянок в аэропорту уже ждали журналисты и болельщики.

Елена и Екатерина вышли через зелёный коридор терминала D Шереметьево, держа в руках уимблдонские кубки за победу. Первым делом Яков Шатхин вручил девушкам цветы, а затем пришло время для общения с журналистами. Девушки ответили на вопросы пишущей прессы, среди которых присутствовал и корреспондент «Чемпионата».

Девушки, вам наконец-то удалось сделать фото с Роджером Федерером.

Елена Веснина: Да, 12 лет пыталась сделать. Вообще он нас знает и несколько раз поздравлял с победами, но для нас каждый раз это такое удивление: «Ой, а он нас знает». (Смеётся.)

Екатерина Макарова: Он с удовольствием с нами сфотографировался.

Е.В.: И сказал нам: «Увидимся на балу».

А помимо бала чемпионов у вас была своя вечеринка?

Е.М.: Нет, мы после финала на корте немного отметили. Но получилось, что мы закончили поздно. Потом сдавали допинг-тест, общались с прессой, вернулись домой поздно. Каждая отдельно со своей командой отметили. На следующий день мы позавтракали вместе, вернулись на корты, чтобы сфотографироваться с Роджером, и потом уже готовились к балу.

На других турнирах бывает что-то, напоминающее чемпионский бал?

Е.В.: Бывает просто вечеринка закрытия в каком-то из клубов. Там это просто обычный праздник, а тут ощущение, как будто прикоснулся к особенной английской истории, к королеве почти. Ратуша, в которой всё проходило, очень впечатлила. Там были какие-то невероятные картины внутри. Всё поражало от начала до самого конца: речь главного судьи, который отметил каждого из победителей, появление Федерера и Мугурусы, которое вышло красочным.

А вальс-то был? Гарбинье говорила, что хотела станцевать с Роджером.

Е.В.: Мы так и не дождались вальса.

Е.М.: Вроде говорят, что уже несколько лет как отменили.

А что наливают на таких вечеринках?

Е.В.: Вино. Очень вкусное.

А с кем-то советовались по поводу вина?

Е.В.: Нам сказали, что главный специалист – Роджер Федерер. Но он там был просто нарасхват. Стоило ему встать со стула и отойти в сторону, как к нему кто-то бежал. Сами игроки подбегали и фотографировались с ним.

Он самый популярный игрок тура сейчас?

Е.М.: Я думаю, да.

Е.В.: Он всегда был популярным.

А Надаль? К Федереру больше внимания?

Е.В.: Да. Каждый раз, когда входит Роджер, все сразу замолкают и смотрят только на него. Он – невероятная звезда, но он это сам никак не показывает. Он очень приземлённый, внимательный, галантный. И его отношение ко всем людям – обслуживающему персоналу, игрокам или соперникам – очень уважительное. У Рафы в принципе тоже.

Е.М.: Но он более стеснительный.

Успех в паре компенсировал неудачное выступление в одиночке?

Е.М.: Действительно уже забылось, что в одиночке проиграли очень рано. Я играла против Светланы Кузнецовой, которая была в великолепной форме. Было очень тяжело, она в тот день была сильнее. Но мы не упали духом, продолжали бороться. Вообще, мы уже вспомнили с Леной, что выиграли «Ролан Гаррос» в 2013 году, когда я проиграла в первом круге Кузнецовой, а Лена в первом раунде уступила Азаренко.

Е.В.: Провели параллели (смеётся).

То есть в Австралии кому-то придётся в первом круге проигрывать?

Е.В.: Нет, не надо (смеётся).

Какие планы?

Е.М.: Я улетаю дней уже через десять и начинаю с Вашингтона.

Е.В.: А я начну с Торонто.

Всё это время будете здесь гулять и отмечать?

Е.В.: Не совсем. Пока будем в Москве. У нас тут будут обязательства. Надо будет пообщаться и с телевидением, и с родными и близкими. Потом я полечу немного отдохнуть в Сочи.

Когда вы узнали о прозвище вашей команды Макарена?

Е.В.: Мы не поняли. Кате не нравилось, когда её в одиночке называли Макареной.

Е.М.: В Австралии мне всё время кричали: «Макарена-Макарена».

Е.В.: Почему команда «Макарена»? Потому что наши фамилии не сочетаются?

Фамилия Кати плюс имя Елены…

Е.В.: Подождите. То есть получается, что мне «ена» досталось.

Е.М.: А мне «Макар» (смеётся).

Е.В.: Это, по-моему, появилось только после финала Уимблдона.

На самом деле это уже давно пошло. Даже на сайте WTA вас так называли.

Е.В.: Да? Мы только сейчас узнали.

Одобряете или не очень?

Е.В.: Ну как-то так…

Е.М.: Ещё какие-нибудь варианты рассмотрели бы.

Е.В.: Да, давайте ещё подкинут варианты, а мы бы выбрали.

Ближе к концу своего обхода Екатерина и Елена согласились ответить ещё на несколько вопросов корреспондента «Чемпионата»:

У вас было уже много крупных титулов, что в этой победе было такого, что выделило её на фоне остальных?

Е.В.: То, что это был Уимблдон. Это старейший турнир «Большого шлема», на котором всё отличается от других соревнований. Мы играем в белом, играем на траве. Даже награждение было без речей — мы просто поднялись в королевскую ложу, где были герцогини, люди королевских кровей. Нас поздравили, вручили кубки, мы сфотографировались с ними.

Е.М.: Конечно, каждый турнир особенный. Но Уимблдон есть Уимблдон. Лена уже сказала про его историю. Ещё чемпионский бал, на котором мы побывали. Это настоящий английский турнир с английскими традициями, и мы очень рады, что стали частью этой истории.

Как вообще сложился ваш путь на турнире?

Е.М.: У нас была очень тяжёлая сетка, на самом деле. Мы в четвертьфинале играли с австралийками Барти и Деллакуа, которые неоднократно были в финалах турниров «Большого шлема». Они хорошо играют на мэйджорах, и мы это знали. В полуфинале мы шли на Хингис и Чань, которых в итоге выбили Грёнефельд и Пешке — но это тоже очень сильная, опытная пара. На траве Пешке особенно сильна.

Е.В.: Мартинес-Санчес и Клепач – тоже сильные парные специалисты, мы играли с ним за выход в четвертьфинал.

Е.М.: По сравнению с тем, что там происходило в верху сетки… Мы просто выходили, играли каждый матч, настраивались, боролись — и так получилось, что теперь мы с кубками (улыбается).

Вы давно не играли микст, как решились выступить в третьем разряде?

Е.В.: С микстом долго так получалось, что ни я, ни Катя никак не могли его сыграть. Нам предлагали, меня долго ждал Бруно (Суарес). На этом „Ролан Гаррос“ он ко мне подошёл и сказал: «Пожалуйста, давай мы с тобой сыграем на Уимблдоне, и я от тебя отстану». Я подумала, что почему бы и нет — плюс дополнительная тренировка на Уимблдоне. Словом, мне в тот момент захотелось сыграть.

Е.М.: Мы специально выбрали тот «Шлем», где играют три полноценных сета, с «больше-меньше», чтобы не устать (смеётся). Мы с Максом [Мирным] проиграли со счётом 7:9 в решающей партии, хорошо потренировались. Мне кажется, что в плане выступления в паре этот микст нам тоже помог.

То есть на US Open подумаете, чтобы тоже сыграть микст?

Е.В.: Да.

Е.М.: Подумаем. Посмотрим, как всё будет идти, ведь впереди ещё много турниров.

20 июля 2017, 22:42    Статьи 1 0    0    0 1